На главную страницу библиотеки

Оглавление книги

 

 


народные приметыказания русского народа

 собранные Иваном Петровичем Сахаровым

 

 

Месяц октябрь

 

Слово: октябрь, или октоврий—не русское; оно зашло к нашим отцам из Византии. Коренные, славянские названия сего месяца были другие. Наши предки, кроаты и иллирийцы называли его: листопад, поляки и малоруссы: паздерник (паздерыкострики), сорабы: винский, карниольцы: косаперск, чехи и словаки: ржиень, венды: оброчник, десетник, косоперц. Народное название сего месяца: грязник.В старой русской жизни октябрь был восьмым месяцем, с XV века вторым. С 1700 года считают его десятым.

 

 

ЗАМЕЧАНИЯ СТАРЫХ ЛЮДЕЙ В ОКТЯБРЕ МЕСЯЦЕ

 

Наши поселяне об октябре сохранили свои наблюдения в поговорках: Мни и топчи льны с половины грязника.— Знать осень в октябре по грязи.—В октябре та бабам и работа, что льны приспевать.—Всем бы октябрь взял, да мужику ходу нет.— Ох ты, батюшка октябрь! только и добра в тебе, что пивом взял.—В октябре и изба с дровами и мужик с лаптями, а спорины все нет.—В октябре только и ягод, что рябина.—В октябре мужик живет с оглядкой.

 

1. Наблюдения.

 

В Сибири говорят: «Покров не лето, а Сретенье не зима». В северных губерниях поселяне говорят: «На Покров первое зазимье». В Тульской губернии замечают: «Если на Покров ветер подует с востока, то зима будет холодна».

1 октября у наших поселян бывает сроком работ и наймов. Этот срок у них заключается в выражениях: от Покрова до Евдокей.— От Покрова до Крещенья.— Приспей товарец к Покрову.— Сдам на Покровской ярмарке.— Подожди до Покрова: весь долг выплачу.

С 1 октября в селах начинаются свадьбы. Наши старушки выпадение снега на этот день считают счастливым предзнаменованием для обрученных. Тогда девицы говорят: «Батюшка Покров, покрой сыру землю и меня молоду». Иные говорят: «Бел снег землю прикрывает, не меня ли, молоду, замуж: снаряжают?»

Покровское гулянье считается последним игрищем у поселян и горожан. Гулянье в селе Покровском доселе напоминает москвичам об окончании войны 1613 года.

 

4. Поверье о лешем.

 

Наши поселяне думают, что с сего дня перестают бродить по лесу лешие. Расставаясь с лесом,   они,   будто   с   досады,   ломают  деревья,   как тросточки, в полянах вырывают землю на семь пядей, загоняют всех зверей по норам, а сами проваливаются сквозь землю. Во весь день ветер воет по лесам, птицы не смеют прилетать к деревьям. Об мужике и говорить нечего: ни за что из доброй воли не пойдет в лес. Леший не свой брат — переломает все косточки не хуже медведя. Между поселянами существует предание об удалом мужике, желавшем подсмотреть, как леший будет проваливаться сквозь землю.

«Жил когда-то в деревне мужик, не в нашей, а там, в чужой, собой не мудрой, но зато такой проворной, что всегда и везде поспел первый. Поведут ли хороводы, он первой впереди; хоронят ли кого, он и гроб примеряет и на гору стащит; просватают ли кого, он поселится от рукобитья до самой свадьбы, и поет и пляшет, обновы закупает и баб наряжает. Отродясь своей избы не ставил, городьбы не городил, а живал в чужой избе, как у себя во дворе. Хлебал молоко от чужих коров, ел хлеб изо всех печей, выезжал на базар на барских конях, накупал гостинцев для всех деревень. В деньгах счету не знал. У кого нет избы, он даст денег на избу; у кого нет лошадки, он даст денег на пару коней. Одного только не знали православные: откуда к нему деньги валятся? Старики поговаривали, что он продал свою душу нечистому за деньги, и утверждали за правду, что трудовая копейка не велика и для своей нужи. А у него отчего же завелись деньги для всех? С работы, де, не будешь богат, а только горбат. Бабы говорят свое: старики никогда правды не скажут. Ну, кто баб переспорит? Молодые судили по-своему: он, де, кладь нашел с золотом и серебром. Вот отчего и богатство. Бабы и тут стояли на своем: что молодые знают? Молодо-зелено. Поди уверь их, что молодые не дураки, так после и беги сам с бела света. Старушки уверяли своих кумушек, что удалой таскает свои деньги из вороньего гнезда. Там, де, никогда деньгам перевода нет. Вот затем-то он и в лес ходит всякий день. Бабы и тому не верили: где, де, старухам знать? Давно из ума выжили! А скажи бабам, что старухи умнее их, так и в избе места не дадут. Один только староста говаривал под хмельком, что он знает всю правду. Старосте можно было бы поверить: мужик он богатый, поит стариков брагой, кормит ребят пирогами. Все это говорят мужики; а бабы думают другое: староста, де, все делает по женину веленью. Что скажет его баба, так тому и быть. А с бабьим умом далеко ли уйдешь? Послушайте-ка, что соседи говорят про старосту. Раз случилась  на него,  старосту, беда:  недочет вышел в подушных. Вот он и начал спрашивать бабу издалека: «Хвалишься ты, баба, что умней тебя нет, а знаешь ли ты, баба, сколько у нас в селе дворов?» — «Знать   не знаю,  а  сочту  поумней  твоего».   И  начла  баба всех тридцать  дворов.   Староста  сидит   за  столом,  бороду поглаживает, на бабу поглядывает, да и молвит: «Дворов-то было тридцать еще до тебя, когда я не женился, а  ты,   баба,   замуж  ке  шла.  А  знаешь ли ты,  баба, сколько подушного с мужиков идет?» — «Вот еще чего не знать! С Петрова по рублю, с Евдокей по рублю, с Радуниц по рублю; а сколько всего, ты сам смекни, умная голова». Сидит мужик и думает: «Нет, эдак и в год не сочтешь! Есть дворы вдовьи, есть и в пусте. В приказе   уряжено   со   вдовьего  двора   не   брать,   а   с пустого  нечего  взять».  И пошел староста к удалому мужику на совет, ума-разума набраться. А пошел было он не просто с поклонами, а с дорогими посулами: с вином и пряником. Дозналась баба, что у мужа на уме сидит,   так   и   невесть   что   было:   и   била-то   его,   и бранила-то его, и на неделю в амшеник заперла. Ну, сами   вы,   православные,   народ   толковый,   посудите поумней: можно ли веру дать старосте, что он говорит? Другое дело удалой мужик: ума палата. Все знает, что на свете делается: как на торгу купец торгует; как в городе воевода судит-рядит; как бояре живут в каменной Москве. Кажись, мужику чего бы больше и знать? Так  нет:   давай то,  что не  знаю,  говори то,  что не ведаю. Наш удалой одного только не знал: как лешие проваливаются   сквозь   землю.   Задумал   мужик   сам собой посмотреть на лешего, да и был таков. Ну что бы ему попросить совета у баб? Все бы лучше присудили: как миновать беды? Старики прежде нас говаривали, что бабы  на это дело умней мужиков.  Вот и ходит мужик по лесу, а тут навстречу ему леший. Он и тут не сробел:  шапку долой, да и ему ж челом.  Известное дело, что леший не говорит, а только смеется. Удалой себе на уме молвит: «Нет, брат, меня этим не проведешь, смейся себе, сколько хочешь. Лучше попытаю: где его жилье?» И начал пытать его, вот так: «А есть ли у тебя, Иваныч, хата да жена баба?» И повел леший мужика к своей хате, по горам, по долам, по крутым берегам.   Шли,   шли   и   пришли   прямо   к  озеру.   «Не красна   же   твоя   изба,   Иваныч,— молвил удалой.— У нас, брат, изба о четырех углах, с крышкой да с полом. Есть в избе печь, где ребятам лежать, есть полати, где с женой спать, есть лавки, где гостей сажать. А у твоей хаты, прости господи, ни дна, ни покрышки». Не успел мужик   домолвить   слова,   как   бух   леший   о   землю: земля-то расступилась, туда и леший попал. С тех пор удалой стал дурак дураком: ни слова сказать, ни умом пригадать. Так дураком помер. Зачем было ему смотреть на лешего? Хотел умней всех быть. Да и чего набраться у него, лешего? Важное дело: смотреть, как будет он сквозь землю проваливаться! Небось весною опять выскочит из земли как ни в чем не бывало. Вишь их такая порода».

 

10. Приметы

 

Поселяне выходят смотреть на месяц: куда он смотрит? Если золоты рога у месяца на полночь, то оттуда повеют метели со снегом и зима ляжет по суху; если рога на полдень, то прежде наступят грязи и зима долго не станет.

 

 

 

Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

 


При перепубликации гиперссылка на Библиотекарь.Ру обязательна 


Используются технологии uCoz



Rambler's Top100